Русско-японская война 1904-1905 годов ч3

[rattter]

Полу миф №4. Плохие снаряды на Российских кораблях. Они, дескать, плохо пробивали броню и практически не взрывались. Российские «12-дюймовые» линейные корабли использовали 305мм бронебойные и осколочные снаряды образца 1887 года массой 331,7кг. «10-дюймовые» корабли располагали 254мм бронебойными снарядами образца 1892 года массой 225,2кг. Японские линкоры стреляли 305мм бронебойными и фугасными снарядами массой 386кг. Начнем с бронебойных. Их сравнительные характеристики приведены в таблице 5.
Как видно из таблицы 5, все снаряды вполне стоят друг друга. Что удивительно, так это то, что 254мм снаряды русских кораблей при практически в два раза меньшей кинетической энергии по сравнению с 305мм снарядами, тем не менее, почти не уступали им в бронепробиваемости. Что касается самой бронепробиваемости, то из таблицы 5 видно, характеристики что русских, что японских бронебойных снарядов делали их малоэффективными против мощной брони линейных кораблей на больших дистанциях. Их эффективное применение по сильно бронированным целям было ограничено расстоянием <20-30 кабельтовых. На больших расстояниях шансов пробить защиту ЖВЧ любого броненосца практически не было. Эти данные подтвердила и реальная практика. Несмотря на все усилия русских и японских артиллеристов за время сражений так ни разу и не удалось пробить Крупповскую броневую плиту толще чем 152мм. Так же стоит отметить, что для 305мм/L35 орудий «Наварина» существовали и более тяжелые 305мм снаряды массой 455кг. Но они почему то не были включены в боекомплект этого корабля. Использование таких «чемоданов» в современных артустановках с орудиями 305мм/L40 у новых кораблей – вопрос требующий дальнейших исследований, так как доподлинно не известно, были ли приспособлены лотки МЗ⁹ у новейших «Бородинцев» и «Цесаревича» к приему таких более длинных снарядов. Потому на расстояниях свыше 30 кабельтовых имело смысл переходить на осколочные и фугасные снаряды. Их сравнительные характеристики приведены в таблице 6.

На первый взгляд, кажется, что японские фугасные снаряды наголову превосходят русские3. Отчасти это так и есть. Особенно если добавить к нашим снарядам повышенную с 10%, до 30% влажность пироксилина. Но не все так здорово. Во первых взрыватели на японских фугасных снарядах были настроены на мгновенное действие от малейшего прикосновения. Это привело к ряду взрывов этих снарядов прямо в стволах японских орудий, что естественно привело к выходу из строя этих орудий. Во вторых, для любого бронеобъекта страшен именно взрыв внутри его бронированного корпуса. Даже мощный фугасный взрыв снаружи – не способен нанести серьезных повреждений, а лишь подпортит «косметику». Потому для борьбы с бронеобъектами хороши в первую очередь бронебойные и полубронебойные снаряды с взрывателями замедленного действия. Японские НЕ-снаряды были очень эффективны против легких крейсеров, но уничтожить ими забронированные с ног до головы, пусть и перегруженные «Бородинцы», оказалось чрезвычайно сложно. Это прекрасно понимали и сами японцы, отчего наряду с фугасами активно использовали и бронебойные снаряды против русских линейных кораблей. Вывод – миф о плохих снарядах Российских кораблей, конечно же не является мифом в полном смысле этого слова – отчасти это факт. И вина в этом лежит на гражданских специалистах, но и преувеличивать его значение сверх меры тоже не стоит. Не такими уж идеальными были снаряды и у оппонентов.

Миф №5. Малая площадь бронирования русских кораблей. В то время в мире было две основные схемы бронирования тяжелых кораблей: Английская, еще известная как схема «все или ничего» и Французская – распространенная. Согласно первой – ЖВЧ корабля покрываются максимально толстой броней, а все остальные его части либо имеют слабую защиту, либо лишены ее вовсе. Именно по такой схеме были забронированы японские и многие наши линейные корабли. Однако в конструкции новейших кораблей «Цесаревич» и серии «Бородино», отечественные конструкторы, взяв за основу лучшее из обеих схем, довели бронирование этих кораблей до совершенства. Защита «Цесаревича» и серии «Бородино» получилась настолько мощной, настолько современной, что в принципе соответствовала линейным кораблям и большим тяжелым крейсерам Второй Мировой войны. Это обеспечивало надежную защиту этих кораблей даже от дредноутных «чемоданов». Бой «Славы» с мощными Германскими дредноутами «Кениг» и «Кронпринц-Вильгельм» в 1917 году это наглядно доказал. Не смотря на полученные семь 305мм снарядов (каждый массой по 405,5кг), три из которых попали ниже пояса в подводную часть корпуса, линкор «Слава» не получил серьезных повреждений. И если бы не незакрытая из за чьей то безалаберности водонепроницаемая дверь (и если бы не революция), то можно было и дальше воевать. Схема бронирования линейного корабля «Орел» приведена на рисунке 1.

Наиболее сильно защищенная зона в центре корабля у ватерлинии длиной примерно 60м и высотой около 0,8м имеет защиту: 194мм/0° + 40мм/30° + 40мм/0° = эквивалент 314мм Крупповской брони4. Этого было более чем достаточно для противостояния любым бронебойным снарядам того времени. Вместе с тем все ЖВЧ, артиллерия, торпедные аппараты, а так же зоны вблизи поверхности воды так же были защищены достаточно мощным бронированием. А суммарная толщина брони всех бронированных палуб колебалась в пределах 72мм, 91мм, 99мм, 127мм, 142мм, 145мм – показатели неплохие и для огромных линкоров Второй Мировой Войны. Защита японских кораблей была куда проще и примерно соответствовала нашим броненосцам проектов «Полтава», «Ретвизан», «Сисой Великий» и т.п. Кроме того все японские линкоры за исключением «Микасы» были закованы в Гарвеевскую броню. Противоснарядная стойкость Гарвеевской брони соотносится с Крупповской как 0,8 к 1, то есть Гарвеевская броня уступала в противоснарядной стойкости Крупповской (на новых русских кораблях) на 20%. Действительно мощным было бронирование только у флагманского японского броненосца «Микаса». Кроме того не стоит забывать, что половину японских ударных кораблей составляли броненосные крейсера, уровень защищенности которых в сравнении с эскадренными броненосцами был еще ниже.
Полумиф №6: Большие размеры визирных щелей и амбразур в русских кораблях. Ширина визирных щелей у броненосца «Цесаревич» и серии «Бородино» составляла огромные 380мм. Это была вынужденная мера т.к. конструкторы разместили в боевой рубке все элементы СУО этих кораблей в т.ч. ДС, ВП и кольцевые прицелы бортовых торпедных аппаратов. Для обеспечения нормальной обзорности всей этой оптики и пришлось сделать щели такой ширины. Стремление конструкторов расположить всю СУО под броней боевой рубки можно объяснить. Во первых СУО еще не развилась настолько сильно и массогабаритные характеристики ее элементов все еще позволяли скомпоновать их в БР – наиболее защищенном месте в верхней части корабля.

Во вторых, типовые дистанции боя того времени: 30-60кбт означали что помимо редких одиночных попаданий снарядами крупных калибров, корабль одновременно находился под градом снарядов малого и среднего калибров: 75мм, 76мм, 152мм. Очевидно, что громоздкие и слабо защищенные КДП, визирные посты наведения и прочие элементы СУО в случае их открытого расположения были бы уничтожены этими безобидными на первый взгляд снарядами в первые же минуты боя. Однако в отношении защиты от снарядов – боевые рубки отечественных кораблей были спроектированы неплохо.

Они имели грибообразную крышу, выступающую за пределы бортовой брони рубки и противоосколочные козырьки. В результате практически исключалось проникновение снарядов внутрь боевой рубки, что и было подтверждено в реальной боевой практике. Несмотря на огромнейшее количество попаданий, которое пришлось на долю Российских броненосцев, случаев проникновения снарядов внутрь БР практически не зафиксировано. Однако командный состав, тем не менее, сильно пострадал от осколков, находясь при этом внутри боевых рубок. Но связано это в первую очередь с гигантским количеством попаданий и высокими характеристиками японских осколочно-фугасных снарядов. Но, как известно – все познается в сравнении. Известный Советский писатель А.С.Новиков в своем романе «Цусима» писал: «Смотровые щели в японских кораблях были сделаны так, что через них внутрь боевой рубки не мог проникнуть даже маленький осколок…» При всем уважении к Алексею Силычу, нужно понимать, что специалистом в области кораблестроения он не был и оценить совершенство конструкции боевых рубок японских кораблей мог лишь чисто визуально. Оценить размеры визирных щелей японских броненосцев поможет фотография. Кроме того, японцы не были бы японцами, если бы не решились на весьма оригинальный с точки зрения прямолинейной евпропейской логики, шаг – командующие японскими ударными кораблями вице-адмирал Того и контр-адмирал Камимура предпочли вообще не «залезать» в боевые рубки своих кораблей! Адмирал Того все сражение провел, подставив свою обвешанную эполетами и медалями грудь всем ветрам (и снарядам) на верхнем ходовом мостике «Микасы». То есть совершенно открыто… По злому стечению обстоятельств, разорвавшийся прямо над мостиком русский 305мм осколочный снаряд убил и ранил всех кто на нем находился. Кроме…. КРОМЕ…. Конечно же вице-адмирала Хейхатиро Того. Адмирал Камимура то же весь бой провел на боевом марсе грот-мачты и то же остался жив. То, что оба японских адмирала остались живы и даже не получили серьезных ранений, свидетельствует лишь о чрезвычайной удаче им сопутствующей и злом роке преследующем русские корабли на протяжении всей этой войны. Кроме того, сказались и весьма низкие характеристики отечественных осколочных и фугасных снарядов.

Что касается размеров амбразур… Размеры амбразур в башнях японских артустановок ГК были поменьше чем у русских, но и угол прокачки их орудий по вертикали тоже был меньше, про это не надо забывать. Кроме того, башни АУ ГК у русских броненосцев были обтекаемой формы и защищались Крупповской броней толщиной 254мм, что делало их неуязвимыми от любых снарядов того времени на типовых дистанциях боя. Вращающиеся части японских АУ ГК ЭБР «Фудзи» и «Яшима» бронировались куда скромнее – всего 152мм и были потенциально уязвимы от ББ-снарядов русских кораблей. Японский броненосец «Фудзи» которому наши и вправду пробили 152мм броню 12” артустановки (подтвердив тем самым мои логические выводы) чуть не взорвался т.к. после этого начался пожар и уже воспламенились заряды в башне и подачной трубе. Пожар чудом «само потушился» водой из порванного трубопровода, что мы опять же отнесем на «совесть» злого рока. Но все это касается только артиллерии крупного (главного) калибра. Уровень любого вида защиты 152мм башенных артустановок новейших русских броненосцев на два порядка превосходил защищенность орудий среднего калибра и их расчетов на японских кораблях. Данная фотография в сути и в комментариях то не нуждается, но все же:

Явно напрашивается вывод, что японские корабли просто имели хорошие осколочно-фугасные снаряды (при всех их недостатках), а не сверх неуязвимые рубки, сверхмалые амбразуры или чего то еще. И главное – японские самураи воевали, а не вяло отбивались как наши. Есть хорошая фраза из Х/Ф «Антикиллер». В данном случае конечно утрированно, но суть отражает достаточно точно: «Потому что они на войне, а мы на работе…» Сравнительные характеристики самых основных типов ударных кораблей русского и японского флота приведены в таблице 7.

Проанализировав все перечисленные мифы и факты, постепенно приходит вывод о том, что самое позорное поражение во всей истории Российского ВМФ не лежит в плоскости качества боевой техники или некомпетентности гражданских специалистов. Конечно, за ними тоже были грехи. Основной – это хилые ОФС⁵ и слабое торпедное вооружение. Мощные, дальноходные 457мм торпеды несли на борту только линейные корабли типа «Полтава».

Остальные обходились более скромными, калибра 381мм. А разница есть – то ли приближаться к «подранку» на 2-3км, то ли на 900 метров. Впрочем, торпеды – это вообще сильная сторона японцев. Они своими огромными «Лонг-Лэнсами» и американцев не мало напугали (что в прочем японцам не помогло). Но торпеды – это не главное! Так почему же так произошло? И кто в этом виноват? Основная ответственность за подобный разгром лежит на:

1. Адмиралы З.П.Рожественский, В.К.Витгефт, О.В.Старк.
2. Злой рок, преследующий наш флот всю эту войну.

Разберем эти две основные причины поражения. Пункт первый. Неужели эти три человека были клиническими идиотами, которые собственными руками задушили все основы боевой подготовки, эксплуатации и технического обслуживания вверенных им кораблей и судов? Они действительно задушили все основы, но идиотами при этом все же не были. Это были люди своего рода способностей, которые были востребованы в тогдашнем царском флоте. Во флоте, руководство которого всерьез считало, что победить можно одной лишь демонстрацией врагу новейшего оружия, не нужны были воины. А нужны были хозяйственники. Что бы корабли четко держали строй, не «оттягивали», всегда блестели новой краской, бордюры на берегу тоже были покрашены и все листочки на земле перевернуты яркой стороной вверх к визиту «его величества». Все трое как нельзя лучше подходили к осуществлению подобной деятельности. Ну и стоит признать, что проблему логистики (перемещения на большие расстояния) они тоже могли решить. Логистика, в какой то степени, стала одной из причин разгрома 2-й Тихоокеанской эскадры. Японский флот вышел на сражение, свежим, отдохнувшим и подготовленным. Российская эскадра после шести месяцев тяжелейшего плаванья сходу вступила в бой. А то, что боевой потенциал флота уменьшается на N% на каждую 1000км удаления от родной базы известно уже довольно давно.

Что касается второго пункта, то мы подходим к одному из самых интересных вопросов той войны – а что мы могли вообще сделать тогда? Автору этих строк приходилось читать немало «альтернативных» вариантов Цусимского сражения. Все они начинались с одного и того же: «А вот если бы – (командовал Макаров/броненосцы не были перегружены/снаряды хорошо взрывались/Ваша версия), тоОООО………» Далее следовали, может и вполне логичные, но совершенно бредовые с исторической точки зрения рассуждения. Исторические процессы обладают огромной инерцией и изменением всего лишь одного факта истории в корне изменить всю последующую цепь развития событий просто нереально. Для этого необходимо поменять все предыдущие события и судьбоносные решения в исторической ретроспективе за много лет ДО значимой даты с целью изменить саму логическую цепочку ей предшествующую. Подобное просто не имеет никакого смысла, что ясно любому школьнику. Самая «вкусная» альтернатива очевидна – адмирал Макаров не погиб, а продолжил командовать 1-й Тихоокеанской эскадрой. Но просчитать, что было бы в этом случае достоверно практически не реально. Потому, не вдаваясь в подробности относительно 1-й Тихоокеанской эскадры бездействующей действующей во взаимодействии с сухопутными войсками, подробно остановимся на 2-й эскадре З.П.Рожественского. На что она могла рассчитывать измотанно втягиваясь в Цусимский пролив вечером 13 мая 1905 года, когда корабельные радиостанции уже обнаружили присутствие неприятельского флота за горизонтом? Так вот попробуем просчитать, что могла бы сделать 2-я Тихоокеанская эскадра если бы… Нет, нет – не пугайтесь. Если бы ей просто напросто везло в бою это раз. И два. Рожественский, нет – не сменился на другого, столь же одаренного деятеля, а просто тяжело заболел бы и все сражение провел в корабельном медпункте, не мешая никому воевать. Расчеты показывают, что в этом случае победить все равно уже не получилось бы. Максимум на что могла в этом случае рассчитывать 2-я Тихоокеанская эскадра – свести партию вничью.

Итак. Виртуальная реальность. Утро 14 мая. Адмирал Фелькерзам умер. Адмирал Рожественский в каюте в тяжелом состоянии. Адмиралы Небогатов и Энквист об этом не знают и потому ни чуть не переживают. Эскадрой командует некто на линейном корабле «Князь Суворов». И вот:

«В начале шестого наши сигнальщики и мичман Щербачев, вооруженные биноклями и подзорными трубами, заметили справа пароход, быстро сближавшийся с нами. Подойдя кабельтовых на сорок, он лег на параллельный нам курс. Но так шел он лишь несколько минут и, повернув вправо, скрылся в утренней мгле. Ход он имел не менее шестнадцати узлов. Флага его не могли опознать, но своим поведением он сразу наводил на подозрение, – несомненно, это был японский разведчик. Надо было бы немедленно послать ему вдогонку два быстроходных крейсера. Потопили бы они его или нет, но по крайней мере выяснили бы чрезвычайно важный вопрос: открыты мы противником или все еще находимся в неизвестности? А в соответствии с этим должна была бы определиться и линия поведения эскадры. Но адмирал Рожественский не предпринял никаких мер против загадочного судна. [17 - Это был, как выяснилось после боя, японский вспомогательный крейсер «Синано-Мару», находившийся в ночной разведке.⁶»

На перехват «Синано-Мару» своевременно выслали крейсер «Светлана» и два эсминца, которые быстро отправили его на дно. К 24 боевым кораблям, список которых приведен в таблице 3, добавился вспомогательный крейсер «Синано-Мару». Далее:

«Около семи часов с правой стороны, дымя двумя трубами, показался еще один корабль, шедший сближающимся курсом. Когда расстояние до него уменьшилось до пятидесяти кабельтовых, то в нем опознали легкий неприятельский крейсер «Идзуми». Целый час он шел с нами одним курсом, как бы дразня нас. Конечно, не напрасно он оставался у нас на виду. Это сказывалось на нашей радиостанции, нервно воспринимавшей непонятный для нас шифр, то были донесения адмиралу Того, извещавшие его, из каких судов состоит наша эскадра, где мы находимся, с какой скоростью и каким курсом идем, как построена наша эскадра. Адмирал Рожественский сигналом приказал судам правой колонны навести орудия правого борта и кормовых башен на «Идзуми». Но тем только и ограничились, что взяли его на прицел. А наши быстроходные крейсеры и на этот раз ничего не предприняли.»

Эскадра дала сосредоточенный залп по «Идзуми» и один снаряд попал в цель. Кроме того несколько снарядов взорвались рядом с бортом засыпав надстройки «Идзуми» градом осколков и залив водой. В результате такой экзекуции маленькому японскому крейсеру резко поплохело. Далее, на перехват выслали наиболее быстроходные крейсера «Олег» (23,5уз), «Изумруд» (24,5уз) в сопровождении пары эсминцев (26,5уз). «Идзуми» быстро подожгли артиллерией (изначальная дистанция 50кбт была вполне доступна для 152мм орудий крейсера «Олег») и после добили торпедами крейсеров. «Идзуми» пополнил 26 место в списке погибших японских кораблей. Сообщить на «Микасу» полную информацию, он так и не успел. Далее:

«В десятом часу слева, впереди траверза, на расстоянии около шести кабельтовых показалось уже четыре неприятельских корабля. Один из них был двухтрубный, а остальные – однотрубные. С нашего переднего мостика долго всматривались в них, прежде чем определили их названия: «Хасидате», «Мацусима», «Ицукусима» и «Чин-Иен» (двухтрубный). Это были броненосцы второго класса⁷, старые, с малым ходом, водоизмещением от четырех до семи тысяч тонн. На наших судах пробили боевую тревогу. Орудия левого борта и двенадцатидюймовых носовых башен были направлены на отряд противника. Многие из нас предполагали, что наши быстроходные броненосцы первого отряда и «Ослябя» из второго отряда, а также наиболее сильные крейсеры «Олег» и «Аврора» немедленно бросятся на японцев. Пока подоспели бы их главные силы, эти четыре корабля были бы разбиты. Но адмирал Рожественский опять воздержался от решительных действий.»

На перехват отряду японских кораблей выслали крейсеры «Олег», «Аврора», «Светлана» в сопровождении крейсера II-ранга «Изумруд» и пяти эсминцев. Они с безопасной для себя дистанции быстро вывели из строя старого китайца градом 152мм снарядов (дальность стрельбы 305мм орудий «Чин-Иена» не превышала 20 кабельтовых), после чего отдав его на растерзание «Изумруду» и эсминцам, сами переключились на три оставшихся крейсера. У тех с их безнадежно малой скорострельностью единственного 320мм орудия шансов против наших современных больших крейсеров практически не было. В итоге «Мацусима» и «Ицукусима» потоплены. Поврежденному «Хасидате» удалось уйти. Некоторые повреждения получил крейсер «Аврора». К списку добавлись крейсера «Мацусима», «Ицукусима» и броненосец «Чин-Иен». «Хасидате» выведен из строя. Далее:

«Сейчас же на смену им появились с той же левой стороны еще четыре легких и быстроходных крейсера. В них опознали: «Читосе», «Кассаги», «Нийтака» и «Отава». Теперь не было никакого сомнения, что роковой час приближается. К нам подтягивались неприятельские силы. Четыре крейсера, как и предыдущие суда, пошли с нами одним курсом, понемногу сближаясь с эскадрой. На них также лежала обязанность извещать своего командующего о движении нашего флота. А наше командование, как и раньше, не думало помешать этому.

На вспомогательном крейсере «Урал» был усовершенствованный аппарат беспроволочного телеграфа, способный принимать и отправлять телеграммы на расстояние до семисот миль. С помощью такого аппарата можно было перебить донесения японских крейсеров. Почему бы нам не воспользоваться этим? С «Урала» по семафору просили на это разрешения у Рожественского. Но он ответил:

– Не мешайте японцам телеграфировать.

На «Урале» вынуждены были отказаться от своего весьма разумного намерения.»

Крейсер «Урал» забил помехами эфир, в результате чего японские крейсера не в состоянии были передать на «Микасу» данные о составе и диспозиции нашей эскадры. Одновременно с этим с японским отрядом крейсеров тут же вступили в бой находящиеся там крейсера «Олег», «Аврора», «Светлана», «Изумруд» и пять эсминцев. К ним в подкрепление послали крейсера «Дмитрий Донской» и «Владимир Мономах», но к моменту когда они добрались до точки, бой был уже закончен. Вражеские крейсера, получив повреждения, отступили на предельной скорости. Получили ряд повреждений и русские корабли. «Изумруд» и эсминцы возвратились к своей эскадре. «Олег», «Аврора» и «Светлана» настигли и добили торпедами поврежденный крейсер «Оттава». 30 место в списке. Что ж – уже неплохо. Тем временем из тумана вынырнули главные силы японского флота и началось генеральное сражение.

Оно протекало примерно так же, с одним НО:

«На 50-й минуте Цусимского боя русский снаряд пробил броню кормовой 305-мм башни броненосца «Фудзи» и разорвался внутри, воспламенив подготовленные пороховые заряды. Огонь побежал по элеваторам вниз, еще чуть-чуть, и “Фудзи” взлетел бы на воздух, но... случайный осколок перебил трубу гидравлической магистрали, и ударившая струя воды затушила пламя. В очередной раз счастье оказалось на стороне японцев.»

Не оказалось. Броненосец «Фудзи» взорвался и затонул. Японская эскадра уже лишилась два ударных корабля: броненосца «Фудзи» и броненосного крейсера «Асама» который вышел из боя получив тяжелые повреждения. «Почетное» 31-е место в списке. Но вернемся не надолго опять к крейсерам:

«С первых же русских выстрелов крейсер «Идзуми» начал терпеть поражение. Попадания приходились по его передней части. Он стал зарываться носом. Через пятнадцать минут неприятельский крейсер повернул вправо и, увеличив ход, стал удаляться. На короткое время он скрылся во мгле. Но скоро снова увидели его. Он шел навстречу «Мономаху» в сорока кабельтовых. По нему опять открыли усиленный огонь. На этот раз корма «Идзуми» окуталась дымом, и это заставило его покинуть поле сражения и направиться влево. [40 - В английской газете «The Japan Daily Mail», издававшейся в Иокогаме, от 31 мая 1905 года было напечатано: «Крейсер „Идзуми“ (прежде „Эсмеральда“, 2950 тонн) был тяжело поврежден и должен был покинуть поле сражения».]

«Владимир Мономах» оставался целым. Неприятельские снаряды делали недолеты или перелеты, и только один из них попал в него. Командир Попов ликовал. Когда к нему приблизился старший артиллерист Нозиков, он, стараясь перекричать гомон все еще не успокоившихся кур, торжественно заговорил:
– А ведь ловко мы его разделали! Как задал стрекача! Полным ходом понесся от нас.»

На месте ранее уже потопленного крейсера «Идзуми», оказался другой аналогичный крейсер. После того как он повернул вправо и увеличив ход начал удаляться, уже имея дифферент на нос и серьезные повреждения, крейсер «Владимир Мономах» выжимая все 16-17 узлов из своих старых изношенных машин догнал поврежденный японский крейсер и окончательно добил его. Силы просто не равны, у японца шансов не было и стоять тупо смотреть как он удирает было не за чем. 32-место. Везло и эсминцам:

«Около одиннадцати часов впереди справа показался второй миноносец, который намеревался пересечь курс «Громкого». Керн приказал развить самый полный ход. Задний миноносец стал отставать, а тот, что шел справа, сближался и открыл огонь. Предстоял бой с неравными силами. Нужно было решиться на что-то дерзкое, чтобы выйти из тяжелого положения. И командир Керн на это пошел. Специальность минера подсказала командиру мысль, что настал момент разрядить по неприятелю два уцелевших минных аппарата. Они были расположены на верхней палубе. По его распоряжению обе мины приготовили для стрельбы. «Громкий» сделал крутой поворот и устремился на противника, шедшего позади. Как после узнали, это был истребитель «Сирануи». Керн решил взорвать его, а потом уже вести артиллерийский поединок с другим миноносцем. Расстояние между «Сирануи» и «Громким» быстро сокращалось. Команда сознавала, что наступил решительный момент. Комендоры усилили огонь. Но в эти минуты главная роль отводилась минерам, которые стояли наготове у своих аппаратов. Вдруг около них, сверкнув короткой молнией, закудрявился дым, как вихрь на пыльной дороге. От огня и дыма что-то грузное отделилось и полетело за борт. Старшего офицера Паскина оттолкнуло воздухом к кожуху у задней дымовой трубы. Оправившись, он бросился к месту взрыва. У аппарата лежали мертвыми минеры Абрамов и Телегин, а от минного кондуктора Безденежных осталась только фуражка, отброшенная к стойке бортового леера. Лейтенант Паскин поставил к аппаратам минеров Цепелева, Богорядцева и Рядзиевского. Неприятель приближался уже к траверзу. Расстояние до него не превышало двух кабельтовых. С мостика командир скомандовал выпустить мину из аппарата № 1. Но она едва выдвинулась и, задев хвостом за борт, свалилась в воду, как бревно.

– Утонула, подлая! – вскрикнул на мостике зоркий сигнальщик Скородумов и крепко выругался. Командир, пристально следивший за действиями минеров, сжал кулаки и не то в ответ ему, не то для уяснения самому себе того, что произошло, сквозь зубы процедил: – Порох плохо воспламенился – отсырел. Вторая мина, выпущенная вдогонку противника, пошла правильно к цели. Уже ждали взрыва, но она, дойдя до поверхности моря почти до самой кормы, вдруг свернула в сторону, отброшенная бурлящими потоками от винтов. В этой атаке все преимущества были на стороне «Громкого».»
«Громкому» повезло и торпеда оказалась исправна. Японский эсминец «Сирануи» быстро отправился в храм Ясукуни.

«Противник, очевидно, свои мины за прошлую ночь расстрелял, и его аппараты были закреплены по-походному.»

Эсминец «Громкий» пустил вторую торпеду по второму японскому эсминцу, но тому удалось увернуться и начался артиллерийский поединок. Отличная выучка экипажа Керна не оставила ему шансов. Японский эсминец получил фатальные повреждения, потерял ход и через некоторое время затонул. Эсминец «Громкий» показал высший класс, уничтожив в дуэли сразу два японских эсминца и благополучно дошел до Владивостока. 32-е и 33-е места занимают японские эсминцы. Сутками ранее дуэль закованных в броню гигантов все продолжалась. Уже был потерян «Ослябя», «Суворов» и «Александр-III» (два последних еще на плаву и все еще вели огонь). Позднее экипаж эсминца «Буйный» устроил самосуд, выбросив за борт вице-адмирала З.П.Рожественского с формулировкой «Пропал без вести». Командир эсминца Н.Н.Коломейцев идею не поддержал, но отнесся к ситуации с пониманием. Адмирал Хейхатиро Того стоял на верхнем ходовом мостике вместе со всем своим штабом. Русский 305мм осколочный снаряд ударив в фок-мачту на уровне голов людей и взорвался. От всех находившихся на верхнем ходовом мостике в т.ч. и адмирала Хейхатиро Того остались только бесформенные обрубки. Так в одну секунду японская эскадра была начисто обезглавлена. И хотя командование быстро перешло в руки контр-адмирала Камимуры, действия японцев начали отдавать легкой истерикой, которая с ними обычно случалась, как только что то начинало идти не по их плану.

Эффективность огня японской эскадры сразу упала настолько, что броненосцу «Бородино» хватило остатка мощи и живучести «дотащить» бой до наступления сумерек. Адмирал Камимура отдал приказ прекратить преследование. После наступления тишины, линейный корабль «Бородино» управляемый только матросами и имея машины в полной исправности, без лишних комплексов увеличил ход до предельно возможных 17-18уз (толку от него в бою уже все равно не было), держа курс N/O-23°. За ним пытался успеть столько же получивший «Орел», но у него из за вывернутой «против шерсти» броневой плиты на носу у ватерлинии, скорость не поднималась выше 16,5уз. Остальные корабли с флагманским «Николаем-I» тянулись следом со скоростью порядка 14уз. Крейсер «Изумруд» шел с ними в полной темноте без прожекторов. Известия о гибели адмирала Того со всем своим штабом подействовало на японских моряков удручающе. Активность японского флота резко понизилась, пока в Токио решали какие действия предпринимать далее. Этой заминки хватило для того, что бы линейные корабли «Бородино», «Орел», «Николай-I» и БРБО «Апраксин» и «Севянин» дошли до Владивостока, где их взяли под защиту мощные броненосные крейсера «Россия» и «Громобой». В итоге, при самом благоприятном стечении обстоятельств и максимальном везении Российская 2-я Тихоокеанская эскадра могла еще дополнительно уничтожить японские броненосцы «Фудзи», «Чин-Иен», шесть разномастных крейсеров и два эсминца. При этом частью таки прорваться во Владивосток, сохранив такие корабли как «Бородино», «Орел», «Николай-I», «Апраксин», «Севянин», «Изумруд» и «Громкий». Чисто по числу потопленных и уничтоженных кораблей – это конечно все равно проигрыш, но уже не такой позорный, что обещало мир на более выгодных условиях с сохранением Курильских островов за Россией. Оба адмирала, и русский и японский в данной виртуальной реальности погибают. Рассчитывать на что то большее, например на полный разгром японского флота при Цусиме может только человек, не понимающий суть тех глубинных кризисных процессов, которыми в то время уже была охвачена вся царская Россия. Так может повезти – раз в 1000 лет. Нелепая гибель С.О.Макарова показала, что война «не задалась» с самого начала.

Уроки войны

Урок №1. Победить врага только одним наличием, даже самого современного оружия невозможно. Необходимо уметь пользоваться вверенной боевой техникой и владеть в совершенстве всеми приемами ее использования. Как сегодня обстоят дела с боевой подготовкой в нашем флоте? Хотелось бы думать, что лучше, чем в 1904 году. Наверное лучше.


Урок №2. Боевая техника – это сложнейший механизм, даже один сломанный винтик которого может лишить или во всяком случае ограничить ее функциональность. В Русско-японской войне 1904-1905 годов такими «сломанными винтиками» были пере увлажненный пироксилин в снарядах, низкое могущество ОФС и перегруз кораблей сверх нормы всякой ерундой. А в каком техническом состоянии находятся корабли и подводные лодки современного Российского флота? И сколько у них «сломанных винтиков», при том, что они неизмеримо сложнее даже самых современных кораблей типа «Бородино» и «винтиков» в них существенно больше.


Урок №3. Корабли того периода (имеются ввиду линкоры) в отличии от современных обладали феноменальной прочностью и живучестью при относительно компактных размерах и прощали адмиралам и командирам такие ошибки, которые ни один современный корабль не простит никогда. Иными словами, при том же «стиле командования» сегодня разгром флота будет на порядок еще более ужасным и скоротечным, чем это имело место в Цусимском сражении. Что бы не быть голословными, можно посмотреть фотографии, которые все объясняют.